Author Archives: Сергей Демченков

Как я принял своего друга за Криштиану Роналду

Криштиану Роналду

Фото: www.wikimedia.org

Случилась эта история в разгар чемпионата мира по футболу. Шёл обычный вечер обычного рабочего дня. Жена, перебирая в телефоне соцсети и каналы, делилась со мной новостями.

— Ваня купил очки и сделал в них селфи, — сказала она.

— Фанаты, устроив стихийную массовку под окнами гостиницы, не давали спать Криштиану Роналду. — сообщила она через полминуты.

— Слушай, а кто такой этот Кристиано Рональдо? — спросил я.

— Тундра! — отвечала супруга. — Это же знаменитый футболист.

— А! — произнёс я, делая пометку в опустошительно-пустом разделе памяти под названием «Спорт».

— Вот, смотри, — протянула она телефон.

— Нифигаси! — воскликнул я. — Да ведь ему, как и нам с тобой, наверное, уже за сорок! Но лицо, определённо, знакомое… Интеллигентный такой, в очочках. Где-то я его уже, определённо, видел…

— Балда! — отвечала жена. — Это же Ваня!

— ЁПРСТ! — воскликнул я. — И точно, узнаю друга Ваню! Как, однако, очки меняют человека!

Вот так я и принял моего лучшего друга за Криштиану Роналду 🙂

Криштиану Роналду

Фото: www.wikimedia.org

Шедевр журналистской мысли

Королева из Алисы в стране чудес

Изображение: www.wikimedia.org

Может кто-нибудь прояснить, что означает этот шедевр журналистской мысли? 🙂

«Пенсионерка днями и ночами напролёт отражает на бумаге свои впечатления о тех историях, о которых раньше никогда не слышала».

Буря в Омске

Лист. Тучи. Капли дождя

Буря в Омске

Кот супер

Кот супер. Объявление

Это объявление нравится мне по четырём причинам — трём заурядным и одной — экстраординарной:
во-первых, оно про котиков;
во-вторых, оно прикольное;
в-третьих, оно бескорыстное.

А главное — оно НЕСМЫВАЕМОЕ! 😼😼😼

Ещё раз о книге Наталии Савицкой

«Омская учительница не стала пытаться покинуть Омск, а написала о нём трогательную книгу».

Рецензия на книгу Наталии Савицкой «Городские задворки: поэзия уходящего» на сайте «Культура. Омский портал»:

http://kultura55.ru/news/omskaya-uchitelnica-ne-stala-pytatsya-pokinut-omsk-napisala-o-nyom-trogatelnuyu-knigu

Тополиный пух, жара, СССР

Тополиный пух

Всякий раз, когда наступает июнь, я не устаю недобрым словом поминать обременительное наследие советского прошлого. Уже четверть века, как нет СССР, а его пережитки по-прежнему с нами.

Одной из неприятных особенностей советской жизни было то, что она на государственном уровне регламентировалась негласной, но всеобъемлющей концепцией «Чай не баре!».

Помноженная на индустриальный гигатизм и тягу к предельной централизации, она приносила порой весьма терпкие на вкус плоды.

Вместо того чтобы налаживать отопление и снабжение горячей водой отдельных домов и микрорайонов, практиковали возведение громадных ТЭЦ. Даже потери на многокилометровых теплоцентралях до трети полезной энергии (на подогрев уличного воздуха) не казались советской плановой экономике чрезмерным расточительством.

И уж тем более естественным порядком вещей представлялась необходимость для всех горожан ежегодно в течение двух-трёх недель обходиться без горячей воды для обслуживания этих глобальных теплосетей: чай не баре — и холодной помоются!

Тополиный пух

В ту же парадигму «разумной экономии на комфорте» вписывалось ускоренное озеленение городов посредством повсеместной рассадки тополей: да, они весьма неприхотливы и вымахивают до баскетбольного роста в рекордно короткий срок.

А что платить за это приходится тотальным ежегодным опухением — так ведь не баре, почешутся, почихают, поматерятся две-три недели, а там, глядишь, и пух пройдёт, как с белых яблонь дым.

Тополиный пух

Из той же серии все эти прелести советской распределительной системы. Помнится, как-то школьную форму для меня мама по случаю очень удачно купила в Краснодаре, когда вывозила меня на лето к кавказским родственникам: первое сентября приближалось, а в Омске школьной формы на меня не было и в помине.

А чай не баре! Что в продажу выбросили (было такое чудесное советское слово) — то и носи!

Пожалуй, даже не выродившаяся в лицемерие, вконец оторвавшаяся от жизни идеология, а вот это мелкое, но повсеместное пренебрежение мелкими, но естественными человеческими удобствами и потребностями — оно и обусловило неизбежный крах грандиозного советского проекта.

Правда, сейчас на посоветском пространстве мы нередко наблюдаем (в разных конфигурациях) сращивание скверных проявлений социализма со скверными же проявлениями капитализма. Но это, как говорится, отдельная история 🙂

Здесь обе дают

Что, не дают? У нас дают всем!

Фото: Ю. Валькова

Из исторических анекдотов:
«Одна разгульная барыня, еще довольно свежая и благообразная, вместе со взрослой и миловидной дочерью завели трактир, а чтобы дать публике понять о двойном их промысле, наняли квартиру в большом доме и на углу повесили вывеску: «Здесь обедают». Вывеска, однако же, была составлена из двух частей, так что получилось: «Здесь обе дают»».

На снимке — красноярские вариации на тему 🙂

Я как объект исследования :)

Дискурсивная языковая личность блогера (на материале текстов С.А. Демченкова)Вот я и стал объектом исследования! 😉

Спасибо Елене Григорьевне Малышевой и Ксении Мильчарек за исследовательский и читательский интерес к моим заметкам! 🙂

Дискурсивная языковая личность блогера (на материале текстов С.А. Демченкова)

И снова омские радуги!

Радуга в Омске

Ещё немного омских радуг

Родичи г…вна

Эмоджи эмодзи какашка

Фото: www.maxpixel.net

Сегодня поговорим про говно. Точнее о происхождении этого слова: если вы не историк языка, вас гарантированно ждёт несколько любопытных открытий 🙂

Трудно поверить, но в далёком прошлом слово «говно» было однокоренным с «говядиной«. И хотя в современном русском языке между ними не осталось никаких смысловых связей, они родственные. Наши предки «говядой» называли корову, а «говном» соответственно коровью лепёшку. Потом, как бывает со многими словами, значение его расширилось и оно стало обозначать любые экскременты, так сказать, независимо от производителя.

Индоевропейский корень «g(w)ou» (бык, корова, крупный рогатый скот, жертвенное животное), от которого произошло славянское слово «говядо«, в ряде западноевропейских языков претерпел фонетические изменения: начальное «г» трансформировалось в «к». Так появилось английское слово «cow» (корова), производное от которого — «ковбой» (буквально: парень, состоящий при коровах) — благодаря голливудской кинопродукции вошло в большинство мировых языков.

Так что слова «ковбой» и «говно» — дальние родственники, пусть и давно позабывшие о своём родстве.

Нет коровьему дерьму

Изображение: www.wikimedia.org

Copyright © 2018. Сергей Демченков
Сайт работает на WordPress; шаблон Romangie Theme.

Лицензия Creative Commons
Произведение «Сайт Сергея Демченкова», созданное автором по имени Sergey Demchenkov, публикуется на условиях лицензии Creative Commons «Attribution-ShareAlike» («Атрибуция — На тех же условиях») 4.0 Всемирная.
Разрешения, выходящие за рамки данной лицензии, могут быть доступны на странице http://demch.me/.

Все материалы, размещённые на сайте, публикуются под свободной лицензией. В тех случаях, когда свободно распространяемые материалы получены из сторонних источников, даётся ссылка на источник.
На материалы, размещённые за пределами домена http://demch.me/ (в том числе доступные по ссылкам, приведённым на сайте), действие данной лицензии не распространяется.