Tag Archives: Образование

Сами научили

Женщина указывает пальцем на мужчину

Изображение: www.pixabay.com

У меня проблемы с критикой. Мне проблематично выступать с критическими заявлениями.

Потому что я в заведомо уязвимой позиции. Потому что я преподаватель.

Стоит мне по какому-нибудь случаю умеренно поругаться (экономисты не экономят! журналисты не журналируют! и вообще все кругом сплошные бяки!), как непременно кто-нибудь подденет: сами выучили! сами воспитали!

Официально (впрочем, неофициально — я ведь лицо неофициальное) — ответственно заявляю: школа от силы на 10% ответственна за моральный облик ученика. Остальные 90% — это семья и Господь Бог, по разумению своему и в силу генетической детермининации вылепливающий наше психо-биологическое естество.

Гиперответственно заявляю: в моральном облике взрослого человека 20% — от его прежней жизни (включая детский бэкграунд), 20% — от его нынешнего окружения и 60% — от его осознанного выбора. Влияние вуза на моральное становление студента пренебрежимо мало и исчисляется долями процента.
20% полученных ребёнком знаний — от школы, 20% — от Господа Бога и природных способностей, 60% — от его собственной мотивации и родительского умения мотивировать (иногда тут больше собственного, чаще — родительского).

30% полученных студентом знаний — от вуза, 10% — от Господа Бога и стечения внешних обстоятельств, 60% — от его готовности трудиться и узнавать.

Мораль этого процентно-отбалдышного сюжета проста. Если некто дрянной специалист и / или дрянной человечишка — виноват в этом главным образом он сам. А не Сергей Саныч Демченков. Хотя С.А., ясен болгарский перец, за всех и за всё в ответе 😉

Соавтор

Формальный контроль не в состоянии обуздать злоупотребления. Чем жёстче и параноидальнее становится формальный контроль, тем более изощрёнными и «неформализуемыми» становятся злоупотребления.

А в качестве иллюстрации — вот какое интересное письмо получил я сегодня:

«Глубокоуважаемый Сергей Александрович !

Цитирование статей необходимо не только для банального, требуемого администрацией вузов, увеличения наукометрических индексов (Хирша и др.) сотрудников, но и реально для наиболее широкого ознакомления ученых с материалами значимых публикаций. Нередко превосходная статья, опубликованная в научном журнале «третьего эшелона», оказывается незамеченной мировой научной общественностью и фактически сопровождается потерей признания отечественного приоритета в научном открытии. Публикации же в высоко цитируемых журналах уровня Q1-Q3, часто бывают недоступны по различным (в том числе материальным) причинам. Цитирование действительно хорошей (!) статьи серьезным автором в авторитетном журнале может помочь как становлению ученого, так и развитию научного направления, в рамках которого выполнялась работа.

Сервис «Соавтор» предлагает найти соавторов для обмена цитированием и материальной благодарностью за такую работу. Мы не призываем к манипуляции с цитированием и искусственному увеличению наукометрических индексов. Ссылки должны быть абсолютно релевантными. Наша цель – сделать доступной информацию о достойных работах, опубликованных в рядовых, в том числе региональных научных журналах».

Колл-центр для стукачей

Kener, Yörük parkı yanında

Своей системой высшего образования турки довольны (хотя получает его не более 20% населения). А вот среднее образование они считают у себя весьма посредственным.

Государственная школа, в их представлении, — это бестолково устроенный загон для малолеток. Если хочешь обеспечить ребёнку будущее — веди его в частную. И стоить это будет недёшево, от пяти до ста пятидесяти тысяч долларов, в зависимости амбиций учебного заведения.

Естественно, государство давно и серьёзно озабочено этой проблемой. И, естественно, решить её пытается по-государственному.
А государственный образ мыслей предполагает, что ответственность за все успехи автоматически возлагается на руководство, за все же промахи и неудачи — целиком и полностью на исполнителей.

Поэтому, когда в подведомственной сфере что-то системно не ладится, единственный доступный пониманию государственного человека способ решить проблему — экстренно отреформировать разнуздавшегося исполнителя по самое небалуйся. Поэтому в Турции среднее образование реформируется постоянно.

Одна из предыдущих реформ, проведённая с большой пиар-помпой, предусматривала открытие специальной всетурецкой горячей линии, куда некачественно обслуженные потребители могли стучать на учителей.

И потребители, которые априори убеждены, что их обслужили до омерзения некачественно (если не верите, почитайте на досуге отзывы про любой — вот абсолютно любой отель), стали энергично стучать.

И учителей по жалобам родителей, не вникая дотошно в суть каждой конкретной проблемы (ибо клиент всегда прав), начали массово отстранять от работы на срок вполне достаточный, чтобы глубоко осознать свои ошибки (в основном года на два).
И в результате в турецком среднем образовании всё стало намного-намного хуже, чем было раньше.

И когда дело зашло уже так далеко, что дошло до смены министра образования, новый глава ведомства первым делом упразднил пресловутый колл-центр. «Я доверяю своим учителям! — сказал он. — Не учителя виноваты в несовершенствах нашей образовательной системы».
Этот опыт полезно было бы учесть отечественному Рособрнадзору.

Работа преподавателя хороша только тогда, когда она на сто процентов творческая. А применительно к творческой работе бюрократически-репрессивный подход неэффективен по определению. Нет, даже не так: по определению антиэффективен!

Единственный способ всё разумно организовать — создать работникам комфортные условия для творчества. Так чтобы они могли всецело сосредоточиться на главном, не тратя драгоценные моральные и физические силы на пустоту.

Если же неослабно давить гигапаскальным прессом бессмысленной отчётности, втравливать в изматываюшую погоню за «галочками» и методично вытравливать всех «неформатных» и формально «не соответствующих», если вынуждать работать на износ, чтобы худо-бедно сводить концы с концами, то будет только хуже.

Что собственно, мы и имеем.

Высокая наука

Научный журнал Скиф

Люблю определённость 🙂

Студенческий научный журнал «Скиф».

В первом же предложении — всё, что нужно знать о научном уровне издания.

Священные вороны минобра

Первобытный человек

Изображение: www.pixabay.com

Что отличает просвещённого человека от пресловутого дикаря из племени Мумбо-Юмбо?

Положим, в священных для всех мумбаев и юмбайцев Великих Шнурково-Узелковых Письменах начертано (то бишь наплетено): дабы воззвать к верховному божеству, надлежит: а) крепко накуриться мухоморов, б) двадцать раз долбануться головой о ствол железного дерева, в) вуаля! — произнести формулу призыва.

Не успеете вы дочитать эту белиберду до конца, как умухоморенный в хлам дикорастущий юмбаец в молитвенном экстазе раздолбает свой орган разумения о ближайшую дикорастущую орясину.

Ибо благочестивое деяние — нехитрое. А первозданным энтузиазмом пасынки тропической природы наделены с избытком — хватит на две-три революции дворцово-всенародного масштаба и тотальную орфографическую реформу в довесок.

Человек Нового времени подходит к делу иначе: он начинает задавать вопросы.

Положим, обкуриться — да, в этом, определённо, что-то есть!.. Но вот усердно колошматиться башкой о жёсткую корягу — что, правда, без долбежа никак? И, на минуточку, а есть ли бог вообще?

Ибо человек Нового времени взамен безвозвратно утраченных на пути социальной эволюции здорового мышечного тонуса и нездорового религиозного энтузиазма обзавёлся критическим мышлением.

Способность же критически мыслить начинается, как известно, с недоверия к любой априорной истине. Поэтому трезвомыслящий хомо новус, в отличие от простодушных сапиенсов Железного века, допускает предположение, что даже Великие Шнурково-Узелковые Письмена не свободны от ошибок.

И даже…

(на этом месте, уважаемые читатели, пожалуйста, раскройте пошире рот, закройте глаза и ложитесь ничком по направлению ударной волны — потому что сейчас я взорву к тысячекилотонной термо-ядрене-фене ваш мозг)

… ошибки встречаются даже в документах Министерства образования!

Дело, как говорится, житейское.
Вот, скажем, разработчик образовательного стандарта, изнурённый постоянными копипастами между несколькими близкородственными документами, в процессе созидательной теоретико-педагогической активности, словил ворону и в конце внушительно длинного списка неправильно расставил слов и падежов. Таким примерно образом:

«Выпускник, освоивший программу магистратуры, должен обладать следующими профессиональными компетенциями:
1. Владением навыками планирования, организации и реализации образовательной деятельности.
2. Владением навыками разработки учебно-методического обеспечения.
3. Педагогической поддержке профессионального самоопределения обучающихся».

В ходе всех положенных по чиновному протоколу проверок и перепроверок никто этой вороны не заметил. И вот уже министр образования РФ начертал на судьбоносной бумаге свою прихотливую завитушку, а в канцелярии неопознанную грамматическую ворону за министерской подписью равнодушно припечатали двуглавым казённым орлом.

Ну говорю же, пустяки — дело житейское.

И тут-то даёт о себе знать мировоззренческий разрыв между реликтовыми юмбами, населяющими обширные территории могучей островной империи под названием «Госслужба’, и рядовыми сапиенсами, которые последние полторы-две тысячи лет, вместо безмятежного кабинетного просиживания рабочего времени, пахали землю, творили, сражались — одним словом, худо-бедно двигались по пути социального и ментального развития.
Разумный человек в согласии с принципами критического мышления заключает: в тексте имеет место элементарный ляп — исправляем его на автомате и не заморачиваемся.

И было бы всё у всех хорошо, но нет — в дело непременно вмешиваются бюрократствующие юмбаи.

Коллегам из дружественного вуза скоро предстоит аккредитация. Как все разумные особи, они в многочисленных производных документах (которым счёт идёт на килограммы и без которых педагогическую деятельность, ясен перец, осуществлять немыслимо) педантично отлавливали министерских ворон, приводя словесные конструкции в соответствие с нормами русского языка.

И тут им свыше прилетело оч-ч-чень суровое внушение.
Единственная норма, которая имеет законодательную силу, — та, которая утверждена министром образования (или иными компетентными инстанциями). И если она вступает в противоречие с нормами русского языка, — это проблема носителей языка, но уж никак не минобра.

Короче говоря, коль скоро стандарт требует: «Должен обладать компетенцией
педагогической поддержке профессионального самоопределения», то должен обладать педагогической поддержке! Без всяких, знаете ли, политически незрелых розенталевских умствований!

А почему так?

А потому что в Священных Письменах именно так и сказано. Долбануться. Башкой. Двадцать раз. О дерево. Железное!
А если кто не долбанулся. Или не головой. Или не двадцать. Или обо что другое. Или хотя бы древесную породу выбрал помягче — тот отступник и преподаёт с нарушениями образовательного стандарта.

А с отступниками в племени Мумбо-Юмбо, как известно, разговор короток: поджарить на медленном огне и захачить на обед — дабы не нарушали общественное спокойствие.

Ведь применительно к сакральным текстам вопрос об ошибке в принципе не ставится: Великие Шнурки и Узелки врать не могут. И если они утверждают, что солнце садится на востоке, единственный способ привести реальность в соответствие со стандартом — переименовать запад в восток.

И вот коллеги в невероятной спешке (аккредитация-то уже на самом кончике носа!) стали в очередной раз переделывать сотни производных документов, скрупулёзно восстанавливая в них Священные Министерские Ошибки.

Вы не подумайте, я не расист. И вообще ни на полпальца никакой не не ист. Но, может быть, всё-таки ввести закон, чтобы не принимать на госслужбу юмбаев и прочих мумбоумных граждан?

Одной ведь бумаги тогда сколько удастся сэкономить!

Рособрнадзор против сонной мафии

Гангстер, мафия

Изображение: www.pixabay.com

Жена — завкафедрой в другом вузе. Мой университет недавно прошёл аккредитацию. Им это удовольствие ещё предстоит в апреле-мае.

Так что с самого начала семестра она только тем и занимается, что, дурея от недосыпа, без выходных ваяет и раз за разом переделывает в соответствии с очередными начальственными веяниями килограммы абсолютно бессмысленных бумаг.

И вот приснился ей сегодня детективный сон — на удивление сюжетно насыщенный и занимательный. Были там и загадочное убийство, и зловещая мафиозная семья.

И вот, когда дело близилось уже к развязке, прямо посреди финального судебного процесса, сюжет вдруг начал необъяснимо пробуксовывать.

К примеру, задаёт прокурор свидетелю многозначительный вопрос:

— Гражданин такой-то, где вы были вечером такого-то числа?

Гражданин в ответ бормочет нечто неудобь сказуемое:

— Вчера вечером я приводил рабочие программы дисциплин по направлению подготовки «Педобразование» , профиль «Русский язык и литература» в соответствие с требованиями ФГОС три плюс плюс.

Допытывается у него адвокат:

— Гражданин такой-то, знакомы ли вы с обвиняемым?

Гражданин бубнит ему что-то и вовсе уже невнятное:

— Профессиональная компетенция номер семь образовательного стандарта по педобразованию предусматривает наличие у обучающихся следующих знаний, умений и навыков…

Так и кончился этот детектив ничем, погрязнув в нескончаемом абсурдистском занудстве.

А как ведь хорошо, как интересно всё начиналось!

Типичный, кстати, финал для Рособрнадзора 😉

Эффективный менеджмент

Изображение: https://svgsilh.com/

Послужной список одного высокопоставленного чиновника:

1. Заместитель генерального директора, впоследствии — генеральный директор Красноярской ГРЭС-2.

2. Советник председателя правления РАО «ЕЭС России».

3. Управляющий директор территориального отделения РАО «ЕЭС России».

4. Генеральный директор ЗАО «Инновационная компания САН».

5. Заместитель министра РФ по развитию Дальнего Востока.

6. И.о. министра инвестиций и внешних связей Сахалинской области.

7. С ноября 2017 года — заместитель председателя Сибирского отделения Российской академии наук по организационному развитию.

8. В феврале 2019 года задержан правоохранительными органами по подозрению в хищении средств.

Пожалуй, это всё, что требуется по состоянию на сегодня сказать об эффективных менеджерах в науке.

Последняя аккредитация

Фото: www.flickr.com

Памятник безымянному бюрократу

[Аккредитация — процедура официального подтверждения соответствия объекта установленным критериям и показателям (из Википедии)]

Снилось мне вчера, что прохожу я Последнюю Аккредитацию.

Начался сон с того, что я умер.

И вот шагаю я по бесконечной анфиладе каких-то пышных дворцовых залов, звонко шлёпаю босыми подошвами — как бесплотному духу одежа мне теперь не положена.

Народу — никого. Один зал сменяется другим, ещё более великолепным. Иду бодро, усталости и в помине нет — ввиду совершенной бестелесности устать мне физически (точнее, метафизически) невозможно. Даже скучновато стало.

И тут вижу сбоку скромную, неприметную такую дверцу. Приоткрыта где-то на толщину кота. Внутри лампа настольная горит — значит сидит кто-то, работает. Дай, думаю, загляну — может объяснят наконец, что и как дальше.

Постучался, вошёл. Внутри обстановка спартанская: дубовый начальственный стол, на столе — лампа, за столом — мужичок, не то ангел Божий, не то ещё кто. По виду плюгавенький, занюханный слегка. На нынешнего директора Рособрнадзора похож.

На столе у него бумаги: пишет, пишет какие-то каракули, не разгибаясь.

На меня даже и не взглянул. Носом уткнулся в свои листы, требовательно протягивает левую руку:

— Свидетельство о смерти, страховой полис, ИНН, паспорт, карту компетенций, диплом о высшем образовании, удостоверения о повышении квалификации за последние три года, жизненные планы на каждый год за весь аккредитуемый период, рабочие программы по всем видам деятельности, программы практик, отчёты по практикам, программу итоговой посмертной аттестации, фонды оценочных средств, кадровую справку, справку о материально-техническом обеспечении, подшитые, разумеется, и с печатями, — в общем, полный пакет аккредитационных документов покойника. Живее гражданин! Давайте сюда бумаги, не задерживайте!

— Извините! — говорю я вежливо. — В последнее время я был немного занят и никаких бумаг собрать не сумел. Да и не думал, честно говоря, что они мне тут понадобятся.

Потусторонний чиновник даже строчить в своих листочках перестал, посмотрел на меня в упор:

— Вы, гражданин, простите за интимный вопрос, каким образом скончались?

— Да чего же тут интимного? — говорю. — Проходили давеча всем вузом аккредитацию. Последние пару недель считай что и не спал совсем, работал круглосуточно — перелопачивал ненужные бумажки килограммами. Плюс нервотрёпка бешеная. В итоге — сердечный приступ. Вот так вот и скапустился…

Загробный документовед аж над столешницей в священном ужасе приподнялся, десницу простёр и укоризненно мне перстом угрозил:

— Вы это, граждажданин, поаккуратнее! Какие-то у вас двусмысленные параллели получаются: дескать, не успела начаться аккредитация, как вы тут сразу и коньки отбрыкнули. Такие безответственные заявления бросают тень на работу наших надзорных органов! Но это я вам так, к сведению: чтобы вы, значит, дисциплинированнее были в своих умозаключениях — а то, знаете ли, и до административной ответственности недалеко. Но вот вы мне скажите: вы к той аккредитации, должно быть, за полгода готовились?

— Какое там полгода! Как минимум, год из-за неё никакой жизни не было — только и делаешь, что перекраиваешь по двадцать раз одни и те же талмуды по новой форме!

— В-о-о-т! Вот! Всего-то пустячок — на пять ближайших лет аккредитуетесь, а документацию за год нужно подчищать — иначе не уложитесь никак. А тут, шутка ли сказать, — на вечный срок! К тому же думаю, что в вашем конкретном случае без допзапроса никак не обойтись — у меня сложилось впечатление, что вы не веруете в благодать Рособрнадзора.

— Так что же мне делать-то? — говорю. — Поздновато как-то уже бумажки загодя готовить. С чем явился, с тем и принимайте. Душа моя бессмертная при мне, а что ещё для Царствия Небесного нужно?

— Вы это, не задерживайте, гражданин! Бросайте заниматься демагогией! Даю сроку вам до завтра: предоставите мне свидетельство о смерти, заключение о смерти из больницы с подписью и личной печатью врача, удостоверившего факт кончины, а также с гербовой печатью медучреждения. Потом: заверенную копию трудовой книжки врача, выписавшего заключение, копию диплома о высшем образовании…

— Моего что ли диплома?

— Гражданин, вы бы слушали внимательно! Время только расходуете понарасну! Медработника, конечно! Должен же я убедиться в его квалификации — а то вы ко мне так с заключением от ветеринара придёте! Дескать, вот он я, покойник. А мне ещё проконтролировать надо — вы официально, по документам покойник, или, пользуясь отсутствием, так сказать, жизненных функций, симулируете почём зря, претендуете на упокоение. Значит далее: стаж работы врача, удостоверившего факт смерти, не менее трёх лет, категория — не ниже первой, лучше — высшая…

— А если категория не та, или по стажу не дотягивает?

— Значит не аккредитуетесь, гражданин! Извлекайте своё бренное тело из земли, переудостоверяйте факт с участием медперсонала, отвечающего требованиям стандарта. Да не забудьте документально оформить процедуру эксгумации — иначе заключение у вас не приму, так и знайте! И параллельно начинайте собирать остальные документы. Целая жизнь у вас была — а на какие пустяки её потратили? Нет чтобы от самого рождения планомерно заниматься документационным обеспечением перехода в мир иной!

И опять в свои бумажки уткнулся, только ладошкой мне досадливо махнул: дескать, выметайтесь уже, гражданин; довольно я на вас драгоценного времени израсходовал!

Делать нечего — поплёлся я назад.

Вижу: навстречу старичок, божий одуванчик. Седенький такой, в руке белая тросточка, как у незрячего. А улыбка — благостная.

Заметил меня — всполошился:

— Вы это куда, мил человек? Вам ведь дорога вперёд, к блаженству и жизни вечной, а вы зачем- то назад, в муку смертную поспешаете!

— Да вот, — говорю, — гражданин у вас там сидит дюже строгий, без надлежащего документационного обеспечения вперёд не пропускает. Такой, знаете, на главного начальника из Рособрнадзора похож.

Старичка моего прямо-таки передёрнуло:

— Дорогой мой человек, ну что ж вы так! Здесь, в некотором смысле, преддверие пакибытия, а вы такие неудобь сказуемые слова тут произносите. Если уж потребовалось душе, образно говоря, облегчиться, так есть для этого дела известное словечко из трёх букв, которое молодёжь на заборах пишет. Оно и на слух благозвучное, и вреда от него никому ни на грош. А ежели всякими выражениями на «р» разбрасываться, так хоть тут и райские кущи, а ведь и накликать недолго. Одного вон уже по неосторожности привадили!

— Так этот вот самый гражданин?..

— Истинная правда! Кто-то из проходящих тоже вот так в сердцах, по земной, недавней памяти сболтнул, а он и материализовался! Сами понимаете: ему ж тут неуютно, всё равно как рыбу из воды вытащить. Ему ведь надо непременно знать, на кого он имеет право начальственно орать, а кто на него; какой припечатанной бумажкой в каждом случае подтереться. А тут никто ни на кого не ругается, заверенные копии и синие печати тут без надобности — вот он и ошалел немного с непривычки, забился в эту конурку; и сам к свету не идёт, и других только понапрасну с пути сбивает. Грешно сказать, я уж с ним лукавить пытался, чтобы его из кабинета выманить, хоть ангелу Божию вроде и неприлично: пойдёмте, значит, передохнуть, время для обеденного перерыва. Нет, говорит, не могу служебный пост покинуть! Вдруг в моё отсутствие неаккредитованный покойник прошмыгнёт! Так вот и сидит, точно заноза в афедроне. Застрял бедолага между поту- и посюсторонним, и ни туда, ни обратно — ни в ту, ни в сю. Чем ему помочь, ума не приложу…

— Так мне что же, никаких бумажек собирать не нужно?

— Эх, мил человек! Одна треть горестей этого мира от жадности, вторая — от глупости, а третья, самая путаная, — от бумажек. Так что мой вам надёжный совет: идите налегке! Давайте что ли провожу вас ко входу, чтобы опять где не заплутали.

…Тут и сон мой закончился…

День учителя

Сергей Демченков

Как и полагается настоящему преподу, день учителя я провёл с размахом.

С 10.00 до 21.00.

Отработал пять пар. Подготовил наконец документы, до которых никак не доходили руки. Проконсультировал иностранных студентов. И даже посетил праздничное факультетское мероприятие.

Ближе к пяти вечера удалось наконец выкроить пять минут на обед. На накопившиеся к этому времени звонки отвечать не стал — решил эгоистично потратить свободное время на еду. И перезвонить всем на следующем перерыве.

Ближе к семи, когда обозначилась некоторая расслабленность в делах, широким жестом отвёл себе десять минут на кофе (быстрорастворимый цикорий, если честно). И пил его не торопясь.

К 20.30 оттрубил последнюю пару (впрочем, интересно так поговорили).

Выставил оценки в самодельный электронный журнал. Ответил на пару писем. Позакрывал все окна на компьютере. Вымыл кофейную кружку.

По случаю позднего часа вызвал такси.

Покинуть корпус мне удалось не сразу. Вахтёр заперла входную дверь не только на задвижку (как она всегда делает поздно вечером), но и на ключ. И ушла с обходом по этажам.

Дожидаться пришлось, правда, совсем недолго. Неприятно поразило другое: вот доработался уже до того, что заперли на ночь. Вместе с, так сказать, материальными активами.
Приволокся домой. Поужинал. С днём учителя никого так и не поздравил. В рабочей суете было некогда. А после десяти неприлично. Да и звонить уже никуда не хочется.

В общем-то обычный рабочий день. Таких у меня — каждый второй. В иные периоды — так и каждый первый.

Кстати, работаю я на 0,65 ставки.

Кстати, с прошедшим праздником, коллеги! 🙂

Неженская логика

Яблоко лабиринт

Изображение: www.pixabay.com

Умники из числа самцов любят издеваться над женской логикой: дескать, хочешь широкой мужской ступнёй коричнево вляпаться в алогизмы — шерше ля фам.

А по мне — так очень даже простая и понятная логика. Аристотелева логика хороша в университетских аудиториях и на страницах учебников. А «женская» удобна в отношениях и в быту. Поэтому, кстати, мужчины к ней тоже постоянно прибегают.

Но вот какую логику я совсем не могу понять — так это логику чиновническую.

Приведу простой пример. Скажем, в вузе у вас учатся культурологи, музеологи, дирижёры, режиссёры и… чтобы никого ненароком не сглазить — дрессировщики древесных лягушек. Все они относятся к одной укрупнённой группе направлений подготовки.

Так вот: если преподаватели, отвечающие за дрессировку лягушек, готовясь к очередной аккредитации, напутают что-нибудь в отчётных документах, закроют всю укрупнённую группу. И режиссёров. И дирижёров. И культурологов. И музеологов. Даже если у них у всех документация в таком устрашающем порядке, что комар (не то что эксперт Рособрнадзора) носа не подточит.

Ну вот всё равно, как если бы проштрафился дядя Паша, и забрали бы его в милицию. А потом замели бы тётю Глашу. И малолетних Колю и Полю. А также престарелого Феофила Кондратьевича. А почему? А потому, что все они дяди Пашины родственники или соседи, пусть лично за ними никакой вины и не числится.

Придумал я сейчас этот абсурдный пример и понял: что-то мне эта ситуация напоминает.

Только никак не могу припомнить, что именно.

Copyright © 2019. Сергей Демченков
Сайт работает на WordPress; шаблон Romangie Theme.

Лицензия Creative Commons
Произведение «Сайт Сергея Демченкова», созданное автором по имени Sergey Demchenkov, публикуется на условиях лицензии Creative Commons «Attribution-ShareAlike» («Атрибуция — На тех же условиях») 4.0 Всемирная.
Разрешения, выходящие за рамки данной лицензии, могут быть доступны на странице http://demch.me/.

Все материалы, размещённые на сайте, публикуются под свободной лицензией. В тех случаях, когда свободно распространяемые материалы получены из сторонних источников, даётся ссылка на источник.
На материалы, размещённые за пределами домена http://demch.me/ (в том числе доступные по ссылкам, приведённым на сайте), действие данной лицензии не распространяется.