Tag Archives: Сфера

Греческая оливка

Зеленая оливка на дереве

Легендарная греческая оливка в естественной среде обитания 🙂

Mediterrian Language

2 вкуса мороженого (надпись на 4 языках)

По тонкому наблюдению жены, на курортных берегах Эллады царит Mediterrian Language — средний язык, который наполовину состоит из жестов, наполовину — из слов,  грамматических и словообразовательных конструкций десятков самых разных языков. Современный аналог сложившегося средневековом Средиземноморье сабира (он же — лингва-франка).

Подчеркну: именно так, Mediterrian. Не Mediterranean Language! Не средиземноморский, а средний — то есть не поймёшь какой, ото всех понемногу. Поэтому и название ему необходимо особое: из всех языков сразу, и ни из какого конкретно. Но Language оставим в неприкосновенности, поскольку английский в составе среднего языка, пожалуй, служит этаким цементом, сцепляющим все прочие элементы словесной конструкции.

Mediterrian Language сродни олье подриде — любимому блюду Санчо Пансы: вали в котёл то, что есть под рукой; и чем больше всего съедобного туда положишь — тем вкуснее и наваристее получается.

Читать дальше »

Попытки обуздать кипучую стихию среднего языка, разделить её на составные части и каждую упаковать в отдельный флакон, украсив  соответствующим флажком (как на фото под этим постом), есть истинный сизифов труд, бесконечный и бесполезный.

Приходит очередной клиент, и снова в котёл летят любые подручные слова — лишь бы поскорее понять друг друга и договориться ко взаимному интересу:

— Мне апельсиновый сок пожалуйста. Со льдом… как его… в общем, виз айс!

— Orange juice whith ice? Yes?

— Да, да, апельсин!

— Euharistо, спасибо — говорит бармен, вручая покупателю напиток.

— Спасибо, евхариста! — отвечает наш соотечественник, читавший вчера на сон грядущий русско-греческий разговорник в туристическом буклете.

Прелесть Mediterrian Language в том, что у него нет и не может быть эталонных носителей, у него нет никаких общепринятых норм. Перед ним все равны, а он ко всем добродушно-снисходителен.

Средний язык прост, но постигать его начинаешь не сразу. Несколько дней подряд мы вслушивались в гортанные возгласы пляжных торговцев, пытаясь соотнести внешний вид товара с его названием.

С внешним видом проблем не возникало: на подносе с прозрачной пластиковой крышкой, который загоревший до адской черноты разносчик ловко держит одной рукой, лежит нечто большое, мучное, треугольное, прожаренное в масле и (очевидно, чтобы усилить отвращение) обильно посыпанное сахарной пудрой (как можно есть это в 36 градусов???).

Но вот фонетика никак нам не давалась.

— Э-э-ре-е-е-е-е, — тягуче начинает кондитер-зазывала; интонация плавно повышается и достигает пика, — д-о-о-НАТ! (последний слог залихватски-отрывистый — словно дверь захлопнулась и щёлкнул английский замок).

— Э-э-ре-е-е-е-е д-о-о-НАТ!

Вчера я неожиданно уразумел, что это чудо вокала — обычный the donat (пончик).

Впрочем, средний язык, при всей своей пофигистской толерантности, обильно сдобрен иронией и самоиронией.

— Э-э-ре-е-е-е-е д-о-о-НАТ! Кро-О-офнэ! Абра-а-а-кадабра! — выкликает с самым невозмутимым видом очередной торговец, бредущий вдоль линии прибоя. И обессиленно распластавшиеся на своих шезлонгах отдыхающие, уже успевшие распробовать острые сочетания словесных специй, отличающие Mediterrian Language, улыбаются блаженной улыбкой удовлетворённого гурмана.

Постскриптум.

Вечер. Набережная курортного посёлка. Три юные разбитные гречанки хором тарахтят на языке Гомера, в промежутках между греческими фразами непринуждённо матерясь по-русски.

И это главное свойство Mediterrian Language — он никогда не перестаёт тебя удивлять 😉

Греческий профиль

Греческая кошка

Странствуя по землям Эллады, мы сделали открытие величайшей важности: у греческих кошек греческие носы! А у греческих воробьёв греческие клювы!!!

Посмотришь в профиль — такой, прости господи, шно… 

… Аполлон — хочу я сказать. Ну чистый Аполлон!

Пятизвёздочные понты

Bomo Club. Пять звёзд. Браслет отеля

Наш отель «Olympic Kosma» имеет скромные, но заслуженные три звезды. 

Однако отельная сеть «Bomo Club», в которую он входит, — пятизвёздочная.

Я не знаком с правилами гостиничной звёздной арифметики. Видимо, она позволяет такого рода замены частного общим: ручные браслетики, подтверждающие наш «all inclusive», помечены логотипом «Bomo Club» с его пятью звёздами.

И это настоящая находка для любителя понтов! 

Живя в семейном трёхзвёздочном отеле, можно ненавязчиво выдавать себя за пресыщенного мирскими благами курортника-пятизвёздочника. Надо только не забывать всякий раз поворачивать браслетик логотипом вверх 😉

Тайна плюща

Отель Olympic Kosma (Греция, Халкидики)

В Греции я наконец-то разгадал загадку плюща. Не сказать, чтобы она меня так уж волновала, но периодически, видя на фото или по ТВ толстенные побеги — настоящие висячие деревья, — вьющиеся по стенам и под потолком, я лениво задумывался: на чём всё это разлапистое великолепие держится?

Читать дальше »

Лист и плоды плюща

Наш отель увит плющом по самое немогу (то есть от фундамента до крыши). В густоту ветвей любят залетать горлицы, угукать в своём зелёном укрытии утробными голосами и гадить на неосторожно развешенные поверх плюща пляжные полотенца.

Отсохшие корни-присоски плюща

Так вот, разгадка проста: на плющовых побегах есть коротенькие многопальцевые отростки; каждый тоненький корявый «пальчик» заканчивается крошечным диском, который намертво прирастает к камню. Если не приглядываться специально, эти отростки-присоски легко можно не заметить. Сила их сцепления с поверхностью такова, что даже отмершие, высохшие присоски непросто отодрать от стены. В отеле, кстати говоря, даже и не пытаются это делать: их попросту густо замазывают краской при очередном ремонте.

Гора богов

Олимп Греция (Olympos, Greece)

Горный массив Олимп: вид вблизи

Горный массив Олимп в Греции производит парадоксальное впечатление. Ни одна из его вершин (в том числе и та, где, по уверению гидов, обитал громовержец Зевс) не дотягивает до трёх тысяч метров. Туда можно добраться без всяких альпинистских шучек (хотя, как и в любом горном походе, здесь, разумеется, возможны неожиданности).

Но по сравнению с четырёх- и пяти-, не говоря уже о семи- и восьмитысячниках, Олимп — это кудрявые зелёные горушки, совершенно не внушающие почтения.

Каким же своеобразным строем мышления надо было обладать, чтобы населить этот милый горный курорт целым пантеоном своевольных, обидчивых и коварных божеств!

Читать дальше »

Когда читаешь Платона и Аристотеля (5-4 вв. до н.э.), постоянно ловишь себя на мысли, что за эти две с половиной тысячи лет человек умственно совсем не изменился.

Когда берёшь в руки Гомера (9-8 вв. до н.э.), то понимаешь, что между тобой и героями троянской войны (13-12 вв. до н.э.), лежит подлинная ментальная пропасть.

Около 6-7 столетий потребовалось европейской цивилизации, чтобы преодолеть эту колоссальную дистанцию.

Гомер (при всей его условности — как исторического лица) представляется мне рубежным знаком на этом пути.

Как и автор «Слова о полку Игореве», написанного много веков спустя, прародитель европейской литературы, пожалуй, не верит в реальность тех божеств, которые так властно вмешиваются в дела людские на страницах его произведений (при всей условности понятия «страница» — применительно к древним текстам).

Боги, бесспорно, были когда-то. Сплетничали, распутничали, злоумышляли. Точнее, очень хочется верить, что они были, ибо без них мир кажется каким-то странно пустым.

Но узреть Зевса восседающим на Олимпе — вот так просто бросить взгляд на гору в ясную погоду и совместить с этой вполне конкретной и прозаичной возвышенностью своё представление о божественном — Гомер, как мне кажется, уже не способен.

Олимп Греция (Olympos, Greece), гора Зевса, Митикас

Олимп. Вершина горы Зевса (Митикас)

Впрочем, не способен он пока увидеть вместо олимпийских богов компанию ряженых, с простодушием детсадовских приготовишек играющих муляжным зевесовым перуном забавы ради, — тех самых, которых встретили мы в нашем путешествии на Олимп.

Театрализованное представление на горе Олимп

Олимпийские боги

И я понял, что спираль истории сделала полный виток и так долго и трагически пустовавшая Гора Богов снова заселена.

Сфера Ханты-Мансийска (окончание)

Ханты-Мансийск. Археопарк. Мамонты

Вот я и покинул Ханты-Мансийск. Я не так уж много путешествовал по стране, но, как, вероятно, и многие до меня, пришёл к тривиальному выводу:

1. Все большие российские города похожи друг на друга.

2. Сквозь это усредняющее сходство, если чуть более внимательно вглядеться, проступает множество мелких чёрточек, из которых и складывается «тихая индивидуальность» каждого города.

Здесь я хочу сказать о тех чёрточках, которые мне запомнились в Ханты-Мансийске.

Читать дальше »

 

Ханты-Мансийск - новогодняя столица

Ханты-Мансийск — город более аккуратный и чистый, чем Омск. Но менее ухоженный, чем Москва. По сравнению с Омском, он невелик: всего 100 тысяч жителей. Если есть свободный день (и привычка к многокилометровым походам), его вполне можно обойти по периметру пешком.

Мы будущее России. Мы Югра

Слово «Югра» встречается здесь на каждом шагу. Много чаще, чем «Омск» в Омске или «Москва» в Москве.

Граффити. Охота на буйвола

Поначалу я тщетно искал вокруг «хантыйский колорит» — не официально-парадный (его здесь много), а растворённый в городской повседневности. На самом деле он есть, и, если не пренебрегать деталями, его вскоре начинаешь замечать.

Дом с глазами

Граффити. Хантыйские идолы

Холодильник на окне

А вот ухом местный звуковой фон улавливаешь сразу: по-хантыйски здесь говорят довольно часто. В том числе и люди совершенно нехантыйской внешности.

Ханты-Мансийск. Почтовое отделение в бараке

Когда бродишь по Ханты-Мансийску, так и лезет на язык затасканный советский эпитет: «город контрастов». Нынешние студенты-старшекурсники ещё помнят времена, когда по центральным улицам идиллически прогуливались коровы. Современный европейский вид город приобрёл сравнительно недавно: бурный рост начинается с середины 90-х. Но и сегодня не только на окраинах, но и в центральных кварталах, можно увидеть множество двухэтажных деревянных бараков. Некоторые из них обшили сайдингом; до многих руки у городских властей ещё не дошли. Впрочем, бараки постепенно сносят, а на их месте вырастают современные новостройки.

Ханты-Мансийск. Пожарная каланча

Действительно старинных зданий здесь немного — сам город очень молодой. Хотя ямское селенье Самарово в излучине Иртыша, в районе современного речного порта, основано было в давние времена.

Ханты-Мансийск. Экологическая тропа Миснэ

Добрую треть городской территории занимает заповедник «Самаровский чугас». Это островок девственной тайги прямо посреди мегаполиса: город обтекает холмы, на которых он раскинулся, со всех сторон.

Вид на слияние Оби и Иртыша с экологической тропы Миснэ

В пятнадцати километрах от столицы Югры Обь сливается с Иртышом. Если приглядеться, можно увидеть на фото в просвете между деревьями светлую полоску: это так называемый Белогородский материк — что-то вроде небольшого плато высотой до 200 метров. Это там! 🙂

Ханты-Мансийск. Улица Ленина

Есть ли в Харты-Мансийске дороги? Безусловно, есть. Зима прошла; на улицах лежит ровный и прочный асфальт. А вот в Омске дорог, как известно, нет. У нас каждую весну дорожное покрытие буквально вытаивает вместе со снегом. Надо полагать, дело всё-таки не в суровом сибирском климате, как уверяют омские градоначальники, а в качестве дорожных работ. Кстати говоря, следов столь популярного в Омске «ямочного» ремонта дорог здесь я не замечал.

А вот дорожных пробок, столь привычных жителям мегаполисов, в югорской столице нет.

Местные жители привыкли оплачивать покупки банковскими картами. В самой захудалой лавчонке из серии «Чипсы — жвачка — газировка»  рука продавца на автомате тянется к портативному терминалу. Впрочем, наличные тоже берут 🙂

Ханты-Мансийск. Велопарковка в студенческом городке

Ханты-мансийские студенты — великие адепты велосипедного способа передвижения. У каждого общежития в студенческом городке велопарковка забита двухколёсными друзьями человека.

Скульптура Кот

Беспризорных животных здесь, кажется, мало. За время своего воскресного анабасиса, когда я обошёл весь город, довелось встретить только трёх кошек. Все три, по-моему, были домашние и просто выбрались совершить моцион.

Граффити: искусство есть жизнь

На стенах и на заборах здесь, кажется, реже пишут всякую дрянь. А иногда пишут даже на удивление разумные и правильные вещи 🙂

Ханты-Мансийск. Барак

Самаровский чугас. Перила лестницы

И самое, пожалуй, главное. Первое время я никак не мог привыкнуть к виду ханты-мансийской земли. Серая и скудная, как будто присыпанная пеплом. Всякий раз взгляд останавливался на дорожных обочинах с каким-то недоумением, и даже тревогой. Деревья здесь, в общем, такие же — разве что заметно больше хвойных. Такое же небо. И тот же Иртыш. Но вот земля — совсем другая. Она понятнее и проще, чем окаменелости в музее и чем фигуры доисторических животных в Археопарке, говорит на своём слепородном и тёмном  языке о древней земле мамонтов, о бескрайней болотистой тайге, подступающей к самой границе тундры.

Ханты-мансийская земля

Пепельно-серая ханты-мансийская земля — это одно из самых ярких впечатлений, которое я увожу с собой.

Ледоход в Ханты-Мансийске

Ледоход на Иртыше в районе Ханты-Мансийска

Из-за Тотального диктанта  ледоход в Омске я пропустил: когда появилась возможность свободно вздохнуть, Иртыш полностью очистился.

Но зато удалось захватить ледоход в Ханты-Мансийске. Дел на последний день оставалось немного, поэтому, несмотря на дождливую погоду, выбрался поглазеть. Местные жители говорят, кстати, что именно ледовая толчея на реке и стала причиной ненастья.

Читать дальше »

Лёд — посеревший, ноздреватый, перемешанный с  грязью — смотрится непрезентабельно. Никаких тебе сияющих белизной и сверкающих ледяными гранями мини-айсбергов. Скудный, но плотный и нескончаемый поток льдин напоминает какую-то гигантскую толпу измождённых переселенцев, теснящуюся в очереди за бесплатной едой

Все они старательно жмутся к правому берегу. Когда на их пути встречается остров, организованно обтекают его в два потока, причём правый ряд по-прежнему смиренно ползёт впритирку к суше, хотя мог бы, казалось, разгуляться во всю ширину протоки.

Только некоторые особенно нахальные льдины, отбившись от товарок, гордо прут по чистой воде, по самой середине реки.

И всё это скорбное шествие шелестит, перешёптывается тихими, испуганными голосами.

Так мы и шли рядом несколько километров. Они — на север, к Ледовитому океану, я — на юг, предваряя свой путь домой: сегодня я, как и они, покидаю Ханты-Мансийск.

Маленькая Катерина

Шашлычная в форме хантыйского чума

В музее природы и человека в Ханты-Мансийске меня всего более поразил восьмиминутный фрагмент фильма  режиссёра Ивана Головнёва  «Маленькая Катерина», представляющий собой цепочку коротких эпизодов из жизни трёхлетней хантыйской девочки в традиционном оленеводческом стойбище.

Читать дальше »

Я смотрел и думал: ведь около 50 000 хантов и сейчас живут почти так же, как жили их далёкие предки много веков назад, по сути, игнорируя современную цивилизацию со всеми её неоспоримыми благами (наподобие отсутствия вшей и наличия чистой одежды), равно как и со всеми её неоспоримыми издержками, которые становятся источником бесконечных стрессов и комплексов.

Причём выбор это не вынужденный: для представителей коренных и малых народов существует множество надёжных социальных лифтов, позволяющих без чрезмерных усилий и даже столь необходимого в карьерных делах умеренного везения обеспечить себе пристойный уровень жизни (в которой есть место горячему душу, свежим простыням и маленьким интеллектуальным радостям наподобие вечернего трёпа в «Фейсбуке»).

Это, пожалуй, не дауншифтинг в современном понимании: т.е. не  сознательный отказ от «бремени цивилизованного человека», а, скорее, сила застарелой привычки. Если ты полжизни провёл в чуме, то едва ли захочешь ломать устоявшийся жизненный уклад, чтобы потом долго и тяжело врастать в чуждую и непривычную тебе среду, где совсем иные традиции и законы.
Большинство рецензий на фильм «Маленькая Катерина» венчается каким-нибудь идиллическим  пассажем наподобие этого: «Четыре года счастливого детства из жизни маленькой Катерины на хантыйском стойбище заканчиваются вторжением нефтяников».

Фильм (23 минуты экранного времени, в которые уложились два года съёмок) был закончен в 2004 году. Мне рассказывали, что сейчас Катерина учится в выпускном классе. Живёт она в интернате. С родителями видится редко. И, кажется, не испытывает никакого желания вернуться в мир своего счастливого детства.

Сократ рыдает

Статуя Сократа перед Югорским государственным университетом

В Ханты-Мансийске дождь. На пальцах Платона, который, горделиво подбоченившись, стоит перед главным корпусом Югорского университета, набрякли капли воды. В ушах философа красуются прозрачные водяные клипсы.
Его учитель Сократ, восседающий рядом с хитроватой мужицкой усмешкой, сегодня, не скрываясь, рыдает в три ручья. Дождевые слёзы проложили длинные извилистые бороздки на его умном, выразительном лице.

Copyright © 2018. Сергей Демченков
Сайт работает на WordPress; шаблон Romangie Theme.

Лицензия Creative Commons
Произведение «Сайт Сергея Демченкова», созданное автором по имени Sergey Demchenkov, публикуется на условиях лицензии Creative Commons «Attribution-ShareAlike» («Атрибуция — На тех же условиях») 4.0 Всемирная.
Разрешения, выходящие за рамки данной лицензии, могут быть доступны на странице http://demch.me/.

Все материалы, размещённые на сайте, публикуются под свободной лицензией. В тех случаях, когда свободно распространяемые материалы получены из сторонних источников, даётся ссылка на источник.
На материалы, размещённые за пределами домена http://demch.me/ (в том числе доступные по ссылкам, приведённым на сайте), действие данной лицензии не распространяется.