Category Archives: Заметки

Любимая работа

Ветка сосеы на снегу

Хотелось бы как-нибудь взять полноценный отпуск в середине весны. Примерно так на месяц. Чтобы никто не писал и не звонил, не дёргал по разным ненужным поводам.

И весь этот месяц ходить, как на работу, в лес на весь день, с чаем в термосе, с шоколадкой или плюшками на перекус.

И день за днём следить по сотням мелких примет, как медленно отступает зима: как проседает на прогалинах снег, спекаясь ноздреватой коркой, как углубляются и темнеют впадины у берёзовых стволов на южной опушке, как наполняются густой утренней синевой проложенные мною по глубокоснежью тропинки.

Когда-нибудь (если, конечно, человечеству удастся просуществовать так долго) созерцание и размышление, несомненно, будут признаны одной из высших форм творчества.

Сейчас это занятие считается досугом. Однако на контрольных весах мироздания, способных измерить абсолютную ценность всякого явления (безотносительно к его сиюминутной, практической полезности — с позиций сегодняшего дня, нынешнего века, нашей эпохи), этот досуг безоговорочно перевесит то, что мы с вами называем сейчас работой.

P.s. Из моих ответов на комментарии к этому посту на «Facebook»:

В относительном измерении, т.е. до тех пор, пока мы мыслим в исторических масштабах (с позиций конкретной эпохи, конкретной культуры, конкретного профессионального или неформального сообщества), можно выделить некоторые условно объективные смыслы бытия (т.е. такие, которые разделяются значительной частью представителей сообщества). Но в абсолютных масштабах любые локальные ориентиры, как бы незыблемы они ни казались, утрачивают значение: вспомним максиму Камю о «Бесах» и чашке кофе. Когда мы приближаемся к предельным величинам, единственное «объективное» мерило, которое остаётся (за утратой всех прочих) — это экзистенциальная наполненность события, т.е. его глубоко субъективный смысл. Сегодня максимально значимые для меня смыслы мало кем разделяются, но на самом деле это всего лишь вопрос культурных и личностных предпочтений, которые неоднократно менялись на противоположные даже в малых исторических масштабах. Например, в восприятии средневековья любая созидательная деятельность ничтожна в сравнении с внутренним, духовным деланием.

В аспекте самоосуществления индивида любое внутреннее событие обладает безмерно большей ценностью, чем любое внешнее. Это аксиоматическое положение. Ориентация на внешнее позволяет успешно осуществиться в социальном плане, однако препятствует экзистенциальному самоосуществению.
В то же время внутреннее событие часто провоцируется событием внешним. Экзистенциальная продуктивность внешнего события определяется исключительно особенностями нашей личности. Для меня, с учётом моей душевной конституции, поход в лес порождает внутренние события огромной экзистенциальной напряжённости, в отличие от похода, скажем, на работу. Но допускаю, что для кого-то соотношение окажется прямо противоположным.
Я намеренно говорю только об экзистенциальной ценности события, не затрагивая вопрос о его социальной значимости. Как я уже говорил в другом комментарии, понимание социальной значимости события исторически и культурно изменчиво — в больших масштабах это одна из самых ненадёжных переменных.

Чума XXI века

Aids спид

Изображение: www.pixabay.com

Недавно я писал про симулякры (мнимые сущности, которые всем представляются реальными). И вот сегодня вспомнился ещё один сюжет на эту тему.

В пору моего детства и юности СПИД был проблемой номер один, заботившей всё прогрессивное человечество. Вирус, явившийся из ниоткуда — словно из ящика Пандоры — грозил выкосить цивилизацию под корень. Все прочие глобальные угрозы (возможность ядерной войны, экологическая катастрофа и т.п.) отступили перед лицом новой, куда более страшной напасти.

На поиск лекарства от «чумы XXI века» тратились колоссальные средства. СМИ во все тромбоны и валторны дудели об эпидемии неизлечимой болезни.

Помнится, на волне спидомании в России миллионными тиражами издавалась даже особая газета с «брендовым» названием — «СПИД-инфо». Впрочем, про СПИД там, по-моему, писали мало — больше про секс 🙂

Закономерным апофеозом этой истерии стало создание эффективных препаратов, позволяющих если и не излечить болезнь, то практически полностью затормозить её течение.

Так что наркоманские ушлёпки и безмозглые человекообразные, каждодневно трахающиеся с кем попало — без разбору и без презерватива, — теперь могут ширяться и … (эх, хотелось сказать в рифму! — да лучше промолчу) … спокойно, зная, что человечество о них позаботилось.

Да, я отдаю себе отчёт, что заразиться СПИД-ом могут не только представители так называемых «групп риска», но и самые обычные люди — из-за медицинской небрежности или простой случайности.

И да, я отдаю себе отчёт, что всякая смерть одинаково трагична, независимо от личных качеств умершего.

Для самых туго въезжающих: я не о том, что сострадания и заботы заслуживают лишь «праведники». Я о несоразмерности самой угрозы и всеобщего иррационального ужаса перед лицом этой угрозы.

К примеру, среди моих знакомых, ближних и дальних, с «чумой XXI века» не сталкивался никто.
Но не проходит и полугода, как я узнаю, что ещё кто-то из моих знакомых лёг в гроб или в больницу с диагнозом «рак». Причём всё чаще жертвами этого заболевания становятся молодые люди, и даже дети.

Рак — вот подлинная чума нынешнего столетия.

Впрочем, лекарство от него искать недосуг — надо сначала предотвратить все симулятивные апокалипсисы. Тогда, глядишь, и до всамделишних руки дойдут.

P.s. Из моих ответов на комментарии к этому посту на «Facebook»:

Рак и СПИД, конечно, сложно ставить на одну доску. Но есть и более близкая параллель — я не стал её приводить, опасаясь, что меня неправильно поймут и даже заподозрят в злой издёвке или глумлении.

Есть «тихий убийца», про которого редко вспоминают и которого мало кто принимает всерьёз — это ожирение. Как и ВИЧ, ожирение — это заболевание-катализатор: само по себе оно не является причиной смерти или фатальных последствий для здоровья, оно лишь ослабляет организм, создавая благоприятные условия для развития действительно серьёзных заболеваний. Т.е., с медицинской точки зрения, человек умирает, скажем, от диабета, хотя первопричиной было ожирение. Как и ВИЧ, это медленно действующий фактор: фатальные последствия могут наступить через годы, и даже через десятилетия. Как и в случае с ВИЧ, существуют простые и надёжные меры профилактики, которые позволяют свести риск заболевания к минимуму, хотя вероятность заболеть по независящим от тебя обстоятельствам (например, в результате лечения гормональными препаратами или в силу физиологической предрасположенности) никак нельзя сбрасывать со счетов.

Есть и существенное отличие: СПИД необратим, ожирение обратимо. Но полностью параллельные линии бывают только в геометрии. Сегодня ожирение уносит намного больше жизней, чем СПИД, и тоже принимает характер эпидемии.

Между тем больной ВИЧ в современной культуре — всегда герой драмы, толстяк же — герой исключительно комедии. Первому мы политкорректно сострадаем, второму пренебрежительно говорим: «Сам виноват! Жрать надо меньше».

Я говорил здесь не о том, насколько опасен СПИД (и какое из заболеваний фатальнее), а об особенностях нашего восприятия.

Есть две, как минимум, равнозначные и сопоставимые по масштабам проблемы. При этом одна воспринимается обществом как глобальная катастрофа, вторая же и вовсе не воспринимается им как проблема.

#мойвыбор

Если ты уверен, что твои действия ничего не изменят к лучшему и если ты не уверен, что твои действия ничего не изменят к худшему, единственно разумный выбор — это бездействие.

Святой Йода

Вода святой источник, звёздные войны. Мастер Йода и Дарт Вейдер

В семиотике конфликт частного и общего — распространённое явление.

Осуждая популярное у католиков уподобление Богоматери розе, Максим Грек указывал, что у розы есть шипы, которые в Священном Писании «вместо греха полагаются». Таким образом, семантика единичного знака, по его мнению, вступала в неустранимое противоречние с семантикой целого.

На фото — аналогичный случай, только из другой эпохи. Из нашей с вами.

Сегодня планету захлёстывает эпидемия функциональной неграмотности. Человек, страдающий этим недугом, чисто технически владеет родным языком и умеет читать. Он понимает значение каждого отдельно взятого слова или символа, однако (применительно к сколько-нибудь сложным текстам) не в состоянии сложить их воедино и уразуметь общий смысл высказывания.

Например, он думает: «О! Святой Источник! — классное название для бренда! Святость сейчас в тренде!».
В другой раз он думает: «О! Звёздные Войны! — крутая тема для акции! Все любят Звёздные Войны!».

При этом он не может понять, что в сумме получается гротеск. Что бутылка воды с этикеткой «Святой источник», стилизованная под фигурку Дарта Вейдера, — это не две «крутых темы» по цене одной, а обыкновенный тупизм, обернувшийся какой-то странной издёвкой и над «Звёздными войнами», и над православием.

Но он не одинок в своём заблуждении, и его рекламный креатив, несомненно, поддержат выстраданным, трудовым рублём миллионы покупателей. Которые тоже не умеют читать.

Драгоценный краб красоты

Драгоценный скраб красоты

Вы скажете, что это всего лишь ракурс.

Но я с вами не соглашусь.

В искусстве правильно выбранный ракурс раскрывает «внутреннюю правду» изображённого предмета: он делает материальные покровы прозрачными для смысла, так что через оболочку начинает просвечивать сущностное.

Фраза «драгоценный краб красоты» звучит абсурдно, напыщенно и нелепо.

Но теперь, когда вы уже заметили прячущееся под словесной шелухой ракообразное, вернитесь к исходному ракурсу и медленно прознесите (лучше вслух): «Драгоценный скраб красоты!».
Не торопитесь! Посмакуйте вкус слов. Насладитесь сполна самоупоённой комичной помпезностью этого рекламного комплимента.

Ведь всё это изначально было внутри. Краб просто открыл нам глаза, распечатал плотно забитые словесными пробками уши.

Это простой и наглядный пример того, как работает остранение ad absurdum.

Бахилы

Бахилы на обуви

Фото: www.wikimedia.org

Пришли в больничку, нацепили в «предбаннике» бахилы. В итоге все трое наследили, как свиньи.
— Две пары бахил надевайте! — советует дежурная нянечка.

Сначала я даже не понял, о чём это она: решил, что медработница нетвёрдо владеет русским языком. Со словом «пара» применительно к парным предметам многие путаются.

В другой раз дисциплинированно натянули удвоенные бахилы. Эффект тот же свинский, разве что не столь ярко выраженный.

Про симулякр все культурные люди слышали. Это чисто символический объект, который не имеет прототипа в реальности, но при этом воспринимается всеми как реально существующий.

Само собой, симулякры придумали в комфортабельном буржуазном заграничье; там и поставили их производство на поток.

Мы же с советских времён, из-за пролетарского пренебрежения элементарными бытовыми удобствами, сильны в другом промысле: в производстве материальных объектов, которые спроектированы настолько халтурно, что в принципе не способны служить своему прямому назначению, а потому, хотя и существуют в реальности, выполняют чисто символическую функцию.

У родственников в советскую пору была фляжка для воды (если судить по надписи). Несмотря на специально приспособленные хитроумные резиновые прокладки, вода из неё хлестала ручьём, стоило ей только отклониться от строго вертикального положения. Эта страдающая недержанием фляга виделась мне символом всей советской лёгкой промышленности. В тяжёлой-то, не имеющей прямого отношения к повседневной человеческой жизни, СССР всегда был силён.

Симулятивные бахилы — недавнее изобретение, в котором лицом к лицу сошлись две эпохи нашей новейшей истории — буржуазная тяга к бытовому комфорту и советский бытовой пофигизм.

РИНЦ по-собянински

Бульдозер

Изображение: www.wikimedia.org

РИНЦ — аббревиатура, знакомая каждому вузовскому и академическому работнику. Если обойтись без лишних сложностей, — это система, в которой размещаются тексты научных публикаций и которая позволяет выстраивать рейтинги авторов, журналов и вузов, в зависимости цитируемости «привязанных» к ним публикаций.

Недавно РИНЦ волевым решением удалил из своей базы свыше 300 «мусорных» научных журналов и все опубликованные в этих изданиях статьи. Обещается, что это только начало «чистки». Всего, по заявлению пресс-службы РИНЦ, планируется «вычистить» около 1000 журналов. Также репрессиям подвергнутся коллективные монографии.

Более того, РИНЦ скорбно замечает, что «метастазы таких недобросовестных практик стали поражать уже и вполне приличные журналы, учредителями которых являются университеты и научные организации». Одним словом, вопрос о том, кого оставят, а кого выкинут — и за какие подлинные или мнимые грехи, — остаётся открытым.

Это напоминает мне недавний крестовый поход мэра Москвы Собянина против столичных киоскёров.

Несомненно, эти кустарные строения уродовали облик города и по-хорошему их, разумеется, нужно было снести. Несомненно, что при оформлении документов на право собственности прежние московские власти исходили из соображений финансовой, а не архитектурной целесообразности.

И всё же, несмотря на очевидную нестыковку со здравым смыслом, эти торговые точки были возведены законно. У нас вообще многое делалось и делается в противоречии со здравым смыслом.

Нужно было искать цивилизованные способы решения проблемы. Собянин предпочёл бульдозер — как способ быстрый и безотказный.

Цивилизованный способ решения проблемы «мусорных» журналов есть. Когда руководство наукометрической базы данных убеждается, что журнал был создан для накрутки показателей цитируемости, он расторгает с этим журналом договор и с этого момента перестаёт индексировать его новые выпуски. Старые остаются в базе данных.

Логика здесь такая: коль скоро журнал был включён в авторитетный индекс цитирования и на законных основаниях информировал об этом авторов и подписчиков, сама эта надпись («Индексируется Web of Science») служила гарантом высокого научного уровня журнала и качества опубликованных в нём статей.

Иными словами, наукометрическая база данных, включая журнал в свой индекс, наряду с его редколлегией, принимает на себя ответственность за качество публикаций.

Если составители индекса проворонили «мусорный» журнал, это проблема составителей индекса, а не авторов, и даже не редакторов журнала, хотя последние вели себя заведомо недобросовестно.

Есть такая норма жизни цивилизованного общества: правила игры не меняют задним числом, новые правила игры обратной силы не имеют.

Если что-то и когда-то было сделано по закону, сделанное нельзя в одночасье отменить волевым решением, даже если закон был откровенно плох.
Киоски невыносимо мозолят глаз, а те чиновники, что выдавали коммерсантам разрешения, были раздолбаями или коррупционерами — что ж, договаривайтесь с владельцами собственности, платите им ту компенсацию за снос, которую они запросят, или дожидайтесь, пока истечёт срок аренды.
Нельзя за чужой счёт выправлять бульдозером собственные ошибки.

Мы все знаем, что РИНЦ многие годы сознательно закрывал глаза на качество публикаций, с радостью принимая в свой индекс любой хлам — лишь бы поскорее и покруглее раздуть базу данных.

И всех это устраивало, пока участившиеся вокруг недобросовестных публикаций скандалы не заставили его руководство РИНЦ осознать, что прежняя циничная политика (неважно что за контент — лишь бы побольше) может в ближайшем будущем поставить под угрозу весь бизнес (надо заметить, что РИНЦ ведёт коммерческая компания, для которой это основной источник дохода).

И вот в 2017 году РИНЦ неожиданно прозрел и с апломбом схваченной за руку старой шлюхи, с трогательно-невинным хлопаньем накладных ресниц, воскликнул звонким голосом: «Невинова-а-а-а-тая я!!! Он сам пришёл!».

Честное слово, имейте уже совесть, господа!

https://elibrary.ru/retraction_faq.asp

Раздолбаев бог хранит

Приглашаем Вас в наш санаторий на Новый Год

Я время от времени совершаю нехорошие вещи: например, кликаю по рекламным баннерам на часто посещаемых мною сайтах.

Раз уж я получаю от этого сайта какую-то пользу, пусть и он получит пользу от меня: за рекламный клик ему начислят лишнюю копеечку. Дальше уже дело за рекламодателем: не сумел заинтересовать меня своим предложением — никто, кроме тебя не виноват.

Вот кликнул тут давеча на гугловский баннер с рекламой одного санатория. Названия такого прежде не слышал, решил полюбопытствовать: это в Омске, или «Гугл» слегка промахнулся с геотаргетингом?

Попадаю на сайт. Вижу на странице вот это. К слову сказать, на календаре уже четвёртое марта. И знаете, дальше как-то любопытствовать не стал.

Ну ладно, информацию вы на сайте не обновляете по три месяца. Так ведь вы ещё и реальные деньги платите за эту антирекламу!

Как люди ухитряются делать бизнес с таким подходом к делу — не понимаю.

Должно быть,с хроническими раздолбаями — как с хроническими алкоголиками: пьёт и пьёт он смертным запоем, а бог его хранит; вот и сходят ему с рук такие издевательства над собственным естеством, которые любого трезвенника давно бы уже свели в могилу 🙂

Неофициально

Такси

Фото: www.flickr.com

Сам я совершенно не умею мошенничать. Пожалуй, порой по мелочи и невредно бы 😉 Однако ж понимаю, что ничего путного не выйдет. К добру или к худу, но у меня вообще мозги не работают в этом направлении.

Поэтому, когда я узнаю об очередной прямолинейной до гениальности схеме, то всякий раз прихожу в неподдельный восторг.

Вчера засиделся с утра за работой, так что рисковал опоздать на работу. Пришлось вызвать такси.
Водитель первым делом поинтересовался:

— Вы не против, если я, немного не доезжая до места, завершу заказ? Сумма останется та же.
На всякий случай я решил уточнить:

— Но до места-то вы меня довезёте?

Он сказал, что довезёт.

Я сказал, что не возражаю.

— Иначе приходится бешеные комиссионные «Яндексу» платить, — меланхолически прибавил шофёр через пару минут. И завершил заказ.

Дальше я ехал на такси неофициально 🙂

Хватает ведь людям остроты ума до такого додуматься!

Нет, никогда мне не стать миллионером 🙂

Великий спор

Как правильно пишется: омичём или омичом. Онлайн-голосование

Вчера среди омичей возник великий спор: как надо писать слово «омич» в творительном падеже — «омичём» или «омичом». Коллега сбросила ссылку на опрос, где нужно было выбрать правильный вариант.

В комментариях народ дал волю своему могучему чувству юмора: омчане! омсики! ямичи! правильно — только петербуржцы!

Я тоже немного покомментировал, дав волю своему занудству: какое ударное окончание пишется в существительных второго склонения, после твёрдых, какое после мягких, а какое после шипящих и ц.

Тут надо было, что называется, встать и уйти. Но искушение узнать, сколько нас таких, неграмотных, оказалось непреодолимым. Ткнул в голосовалку.

Оказалось, не так уж всё и безнадёжно: примерно десять процентов. Остальные девяносто всё-таки ходили в начальную школу не напрасно 🙂

Кстати, тут у меня родилась идея совершенно потрясающего голосования. Давайте затеем великий спор: дважды два будет четыре или пять?

Ведь, только в спорах, как известно, рождается истина!

😉

Copyright © 2018. Сергей Демченков
Сайт работает на WordPress; шаблон Romangie Theme.

Лицензия Creative Commons
Произведение «Сайт Сергея Демченкова», созданное автором по имени Sergey Demchenkov, публикуется на условиях лицензии Creative Commons «Attribution-ShareAlike» («Атрибуция — На тех же условиях») 4.0 Всемирная.
Разрешения, выходящие за рамки данной лицензии, могут быть доступны на странице http://demch.me/.

Все материалы, размещённые на сайте, публикуются под свободной лицензией. В тех случаях, когда свободно распространяемые материалы получены из сторонних источников, даётся ссылка на источник.
На материалы, размещённые за пределами домена http://demch.me/ (в том числе доступные по ссылкам, приведённым на сайте), действие данной лицензии не распространяется.